|
Автор: Глушко Ю.Э.
Возрождение
Асинхронно взлетают вверх большие блестящие шары. Горы, вздрагивая, будто стеклодувы выпускают их из своих верхушек. И необычные шары медленно отрываются от вершин и с едва слышимым звоном разбиваются, чуть дотронувшись до небес. Некоторые повисают ненадолго над землей, затем быстро и легко, стремительно падают вниз, и, ненадолго озаряя сумеречные окрестности яркими цветами, проваливаются сквозь землю. Животный мир трепещет в ожидании – все обернули свой взор к небу, горящему яркими огнями. Птицы восторженно хлопают крыльями, и весь мир радостно приветствует настающую ночь, зарождающую новые жизни… В эту ночь не видно драгоценной россыпи звезд. Однако, как только гранит гор хладеет и перестает испускать энергию жизни, два моря сливаются воедино: земное и небесное – и, горя огнями, чаруют, манят, влекут… Бурно и громко рвутся с гор горящие реки, как артерии, полные жизни. Но, не смотря на яркое сияние, их воды несут все ту же прохладу. Нужно просто сделать шаг, потом другой – и холод больше не чувствуется… И вот, я медленно ступаю по охладевшему песку к озеру. Он приятно сыпется сквозь пальцы, обнимает стопы и вновь выпускает их из своих объятий. Но я уже совсем близко у озера… Делаю шаг на мокрую полосу, и вязкий песок неохотно пускает меня вперед. Вот и кромка воды. Прикосновение к ней как импульс – легкая дрожь проходит по всему телу. Далее, ускоряя шаг, но все же медленней, иду сквозь воду, воспринимая все больше и больше холод озера. И, не в силах больше сдерживать себя, я плавно вхожу в воду. Я ныряю глубоко и так близко ко дну, будто, окунаясь в небо, я подлетаю к самому краю обители богов. Тогда, пусть мой полет продлится как можно дольше…
Острый Клюв
Однажды я заходила в небольшое поселение, что попалось мне на пути. Там жили несколько похожие на меня существа – у них тоже было человеческое тело. Правда, у них не было крыльев, но были большие заостренные клювы и вместо волос их головы украшали длинные яркого цвета перья. Меня поразило, но у них у всех были голые затылки. В местном трактире мне предложили мясные блюда. Я отказалась и попросила воды и фруктов. Однако, потребовав плату вперед, трактирщик поставил передо мной миску с тощим окороком, небрежно наполнил оловянный бокал дешевым вином и быстро удалился в другой конец помещения, где его подзывали, размахивая пустыми пивными кружками, два пьяных вдрызг посетителя… Прогуливаясь по улицам, я прислушивалась к их речи. Голоса, вытекающие мелодичными звуками, представлялись вязким, тягучим и сладким-пресладким медом. Но как только собеседнику пора было идти, и он, попрощавшись со всеми, оборачивался спиной, так в мгновение ока с поразительной быстротой устремлялись вперед острые клювы, вырывая из затылка перья, кожу, мясо… Жертва такого нападения, слегка вздрагивала и, словно не чувствуя боли, шла себе восвояси. Тут на ухо мне кто-то прошептал: «Ты наивна». «Ты наивна, наивна, наивна…» - отозвалось эхом несколько голосов позади меня. Я резко обернулась – передо мной стояло несколько таких существ. Я протянула вперед руку с поднятой ладонью, будто говоря им: «Стоп! Остановитесь! Перестаньте поступать так жестоко! Посмотрите – это ведь ненормально!.. Насколько? Насколько успели окаменеть сердца ваши?» «Я просто не верю», - произнесла я вслух. «Не веришь?» – «Не верю!» Стоящий напротив грозно пронзил меня взглядом. Я не верю в абсолютную жестокость! Резкая и острая боль пронзила мою руку, когда клюв разорвал мою ладонь. Зачем? Зачем? Почему? Я не верю. Не верю… Еще, и еще, несколько раз подряд молниеносно клюв наносил глубокие раны. Я попятилась. Я смотрела на свою раненую руку, а из глаз катились слезы. Как горько. Я не могу поверить. И я настолько бессильна… Я, скрепя сердце, закрыла голову и тело своими крыльями. Я ступила шаг-другой – острые клювы тщетно сделали свои выпады – и побрела дальше. Покинув поселение, я остановилась, и еще долго смотрела. В голове метались противоречащие мысли, а по щекам катились слезы…
Сон
Медленными и безмолвными волнами тьмы стекает на небеса ночь, и вконец жадно его глотает. И покинутый солнцем мир рушит все догмы и законы, созидая новую правду, не ведающую о правосудии… Громкий стрекот сверчков приятен и потрясающе мелодичен. Мысли грязнут в монотонном звуке, и сквозь закрытые веки видятся причудливые формы, зарождающихся снов… Теперь – легкое касание. Легкое призрачное прикосновение. И… нежно, неторопливо гладит по голове меня рука, она перебирает прядки волос, она жалеет и любовно ласкает. Кто?.. Я хочу открыть глаза и увидеть, но… боюсь оборвать зыбкую нить иллюзии, кутающую мое сознание, и я беззаботно окунаюсь в свой сон… Снег ложится медленно на дорогу, простилающуюся вдаль. И он кружит-кружит меня будто в танце, странные па уводят меня по дороге... Малоприятные прикосновения к хладной почве. Воздух все более и более сковывает мое дыхание, и я больше не смеюсь. И, может, под конец пути мне недостанет сил, чтобы протянуть руку к мерцающему холодным блеском псише, чтобы шагнуть за грань этого мира… И вот предо мной молчаливый лик зеркала. С его поверхности, покрытой чудными узорами, пытаюсь соскрести лед, но тщетно... И сильный порыв ветра вдруг сносит все, громкий звон драгоценных осколков обращается в стрекот сверчков, пустота… И вновь, во тьме… рядом… присутствие… – Дай руку… а теперь прикоснись к стеклу. Холодно, правда? Но смотри… лед растаял. Баловство? …а так?.. ха!.. моё имя...
Солнце разливает по окрестностям горячие краски, и новый день, я продолжаю свой путь…
|